Интервью с беженцами из Соледара

Освобождая от ВСУ новый район в том или ином населенном пункте, солдаты ВС РФ, НМ ДНР\ЛНР или ЧВК «Вагнер» среди прочего занимаются эвакуацией мирных жителей, которые находятся в зоне боевых действий. Под шквальным огнем противника военнослужащие, рискуя своими жизнями, спасают безоружных, оказавшихся внутри городских столкновений.

Люди, прошедшие ад боев в городской застройке, на данный момент находятся в тылу ДНР, куда, впрочем, долетает украинская артиллерия, и переживают не столько за себя, сколько за своих родных на территории, подконтрольной Украине. Поэтому перед интервью все они просят не показывать их лица, чтобы не навредить близким на той стороне фронте. Из соображений безопасности я не буду показывать их лица и изменю имена.

Это интервью с беженцами из Соледара. Алексей и Валерия рассказали правду о бойцах ЧВК «Вагнер», о жизни в условиях городских боев и о своих планах на будущее.

Соледар не будет существовать

В мае 2022 года ВСУ зашли в Соледар. С этого момента началась война для жителей этого города. Солдаты украинской армии уже тогда имели планы на город и готовились к тому, что не оставят от город камня на камне, если их будут выбивать с позиций.

«Наше производство в Соледаре остановили 4 или 6 апреля. Мы перестали работать, параллельно они (ВСУ. — Прим. ред.) начинали заходить в город. Техника стояла возле нашего дома. Двор у нас плотной застройки, пятиэтажки. Единственное, что «Грады» у нас не стояли. Все остальное было у нас во дворах. Ящики с патронами стояли у нас в подъездах», — вспоминала Валерия первые месяцы боевых действий.

«Как только входили в город, говорили: «Вийждайте, місто існувати не буде, все буде спалене». Это их слова, это то, что они нам говорили с мая месяца», — поделилась Валерия.

«Если дойдет до того, что нас начнут выдавливать из города, мы город сровняем», — вторил Алексей.

Вместе с ВСУ в Соледаре были также и иностранцы, которых перебросили в помощь украинским солдатам. Как рассказали Валерия и Алексей, не только они видели западную экипировку на солдатах, которые говорили на английском языке.

«Было много наёмников. В последнее время особенно. В январе за последнюю неделю, когда встретились в эвакуационном пункте с людьми из подвалов, было много свидетельств», — рассказал мужчина.

Обстрелы ВСУ по подконтрольному им Соледару

Тема «самообстрелов» — не нова для Донбасса. Любой обстрел со стороны ВСУ жилых кварталов в ДНР сопровождался информационной кампанией по убеждению обывателей в том, что якобы удары по гражданским наносят сами ополченцы. Эта история тянется с далекого 2014 года.

В действительности, судя по свидетельствам беженцев из Соледара и не только, ударами по подконтрольным населенным пунктам отметились сами украинские военные.

«Очень много видео есть фейковых. Много видео они снимали сами и, не стесняясь, показывали, как они взрывали рудник или ту же самую пятиэтажку», — отметила Валерия.

При этом, женщина и ее муж Алексей уверены, что били именно украинские военные.

«Были обстрелы во время привоза гуманитарной помощи. Были пострадавшие, получали осколочные ранения. Влетало в этот же дом, падало в этот же двор. Летело со стороны ВСУ. Однозначно со стороны ВСУ. Объясню, почему «однозначно».

Обстрелы нашего города начались в мае, русские солдаты зашли 8 января. У нас были обстрелы из минометов по городу. Горели наши гаражи, горели наши дачи, горели наши окраины. К центру они подобрались вплотную ближе к концу осени. А так это все было на окраине города. В центр летели «грады».

Когда стреляли из танков, я выстрел слышала и слышала взрыв. Мы считали раз-два-три-четыре-пять, и был взрыв. У нас даже дети понимали, что начинается обстрел из танков», — поделилась Валерия.

«Я вам объясню. Они ездили и пытались нас, скажем так, «эвакуировать». Мы не соглашались. После этих разговоров нас начинали обстреливать. То есть таким образом нас пытались выдавить, заставить выехать. Если не хотите так выезжать, значит мы дадим вам прикурить, все равно выедете», — объяснил Алексей.

«Когда нас закидывали термобарами, это были предпоследние сутки перед эвакуацией, наш дом был без окон и дверей, но он стоял, а когда закидали термобарами, в нашем подъезде, в подвале, в котором мы находились, наши стояки с трех-четырех комнатными квартирами сгорели молниеносно. Оно воспламеняется, и потушить это невозможно. Даже бетон как пена вздулся», — рассказала беженка из Соледара.

Должны говорить на украинском языке

На Украине продвигается тезис о том, что никакого давления на русскоговорящее население страны не оказывалось. В зоне боевых действий ситуация показала несостоятельность этого утверждения.

«Они говорили, что все нормальные выехали, осталась «сепаратня». Мы на это особо внимания не обращали, в пререкания с ними мы не вступали», — рассказала Валерия.

Один из эпизодов сильно въелся в память жительницы Соледара. Даже во время вывоза мирных жителей, которые из-за состояния здоровья были вынуждены покинуть город, солдаты ВСУ настаивали на том, что местные должны говорить на украинском языке.

«У нас в подвале была пожилая женщина, у нее началась аллергическая реакция. Обратиться нам было не к кому. Город наш был без администрации с мая. У нас не было ни пожарных, ни скорых, ни милиции. Сами военные ВСУ говорили, что они впервые с таким столкнулись. Махновщина полнейшая. Нам пришлось обратиться к солдатам. Они вывезли бабушку до определенного места, а туда уже приехали медики с соседнего города, так как к нам они не рискнули ехать. С этой бабушкой поехала сопровождающая женщина с нашего подвала. Военные ей говорили: «Не стыдно вам разговаривать на вашем языке? Ви розмовляєте на мові орків. Ви повинні розмовляти нашою українською мовою». Я никому ничего не должна, я здесь прожила всю жизнь, я родилась в Советском Союзе, я говорю на этом языке, я на нем училась.

Меня это очень задевает. Давайте я приду к вам домой, перевешу иконы и скажу, что с сегодня вы не православные, а католики или мусульмане, сделаем обрезание. Вы согласитесь? Или если к вам придут и скажут, что ваш отец — враг народа. Он у вас террорист, сепаратист, причислен к какой-то организации. Вы будете с этим соглашаться? Вы будете сопротивляться мысленно, в душе. Почему я должна была соглашаться? В этом и есть корень зла», — негодовала женщина.

«Музыканты» доставали гражданских из-под завалов

Когда было понятно, что город ВСУ удержать не смогут, украинские солдаты усиленно обстреливали из танков дома, в подвалах которых находились мирные жители. Бойцам ЧВК «Вагнер» пришлось откапывать гражданских, которые оказались под завалами из-за обстрелов со стороны ВСУ.

«В предпоследнюю ночь перед эвакуацией с расстояния меньше километра они долбали из танков. Я насчитал 30 прилетов. Где-то в дом, где-то под дом. Дальше я перестал считать», — отметил Алексей.

«Нас засыпало в предпоследнюю ночь. Рухнули опоры в подъезде, козырек и бетонные створки. Это все рухнуло. Ребята нас откапывали. Сколько буду жить, глаза этих ребят в жизни не забуду.

Когда они зашли, когда они нас забирали… Пенсионеры думали остаться, они их убеждали, что еще одна такая ночь и дом сложится окончательно», — рассказала Валерия.

Она и ее муж крайне благодарны солдатам ЧВК «Вагнер» за спасение и категорически не согласны с утверждениями западных странах о бойцах этого подразделения.

«Мы, к сожалению, их имен не знаем. Позывные кое-какие я знаю. Придет время, я постараюсь, если они будут живы, найти этих ребят. Они спасли в нашей ситуации 11 человек. Мы все добрались до безопасного места, все в целости и сохранности. Они несли наши вещи. Они сами устали, но несли наши сумки, нас охраняли с двух сторон. Мы шли колонной друг за дружкой.

Мы целые сутки находились в их штабе, пока нас не эвакуировали. Мы с ними были. Мы видели, как ребятам тяжело, как было холодно. Они были простужены, но через каждые полчаса предлагали чай или кофе. В туалет было выйти опасно, они нас сопровождали, не давали и шага ступить без сопровождения. Объясняли, где было безопаснее», — рассказала спасенная жительница Соледара.

Провокации ВСУ

Не только ударами по отказавшимся уехать из Соледара местным жителям ограничивались провокации со стороны ВСУ. Украинские военные надевали на себя символику российской армии, чтобы проверить лояльность местного населению к ВС РФ и ЧВК «Вагнер». Поэтому гражданские не сразу поверили российским военным, что они – это они, а не очередные переодетые украинцы.

«Украинцы ж «прикалывались» — могли надеть повязки, символику российских войск. Могли представиться и посмотреть на нашу реакцию. Когда 8 января в 9 утра зашли «вагнеровцы», мы подумали, что это могла быть провокация. Они сказали, что они русские», — сообщил Алексей.

«Вид ребят был, конечно, замученный. Все заросшие. Внешний вид сразу напугал. Когда они сказали, что они русские, мы не поверили. Перед этим тоже так приходили, говорили, что русские, а на самом деле это были ВСУ. Поэтому сомнения были. Мы сначала даже с агрессией к ним отнеслись, но они молодцы, никто не нахамил, не нагрубил», — рассказала женщина.

«По говору мы поняли, что это были русские», — добавил ее муж.

«Разговорная речь меня расположила, потому что до последнего на них смотрела и не могла поверить, что наконец-то пришли русские ребята», — с радостью вспомнила Валерия.

Хоронили в ящике из-под патронов

Во время активных боевых действия доступа к кладбищам нет. На улицах лежит множество трупов, которые необходимо захоронить. Поэтому местные жители вынуждены хоронить своих соседей во дворах и даже рядом с детскими садами.

«Они (ЧВК «Вагнер». — Прим. ред.) зашли, объяснили, что уже идут городские бои, зачищаются высотки, проверяются все подвалы, каждая квартира.

То, что идут уличные бои, мы прекрасно слышали, потому что выйти уже было невозможно вообще. Снаряды рвались различные: артиллерия, минометные и ближнего боя. С нами в подвале были трое детей и двое пенсионеров по 92 года — все жители одного подъезда. Мы боялись выйти, мой муж выбегал за дровами и по другим нуждам, а мы последние дни, с 1 января и до конца, не могли выйти, так как «работали» снайперы», — поделилась спасенная из ада городских боев женщина.

«»Работали» по всему, что движется», — добавил супруг.

«Случаев убийств людей снайперами я не назову, а людей, которые умирали от систематических обстрелов среди дня, в вечернее время… Мы их хоронили в огородах, возле домов, рядом с детскими садами, потому что возможности добраться до кладбища не было. Мы хоронили одного мужчину в ящике из-под патронов, а в соседнем дворе люди хоронили соседей в больших целлофановых пакетах. Вырывали могилы как могли, потому что могилу за раз вырыть было невозможно. Это делалось периодически», — с ужасом констатировала Валерия.

Процесс эвакуации

«Из-за угрозы снайперского обстрела нас выводили через окна на первом этаже. Мы так выходили – и пенсионеры, и дети. Все было настолько организовано, все четко выполнялось, нас доставили без единой царапины. Мы среди ночи в полнейшей темноте перебежками к их (ЧВК «Вагнер». — Прим. ред.) штабу перебирались.

Когда я вылезла с первого этажа, когда нас эвакуировали, я оглянулась на дом, там… Мы надеялись и думали, что пусть он будет побитый, прострелянный, без окон, но лишь бы он устоял. За последние два дня, когда зашли в город русские, было уничтожено все. Вместе с ребятами (из ЧВК «Вагнер». — Прим. ред.) ВСУ их уничтожали.

В тот день для нас 11-ти человек закончились взрывы, жуткий страх того, что кого-то может ранить, кто-то может не выжить, кого-то могут забрать в армию служить без желания и стремления. Объяснить я вам не смогу, возможно, вы меня не поймете, какой внутри был выдох», — поделилась эмоциями она.

Планы на будущее

Несмотря на то, что власти ДНР признали, что город Соледар уничтожен полностью, местные жители строят планы на будущее и связывают их со своим родным городом.

«Обязательно вернемся. Будем жить во «времянках», будем восстанавливать рудники.

Что такое соль? Слышали выражение «соль земли»? Так вот, она будет нужна всем. У нас отличная соль по всем своим показателям, лучшая в Европе, как считалось. Поэтому рудники будут восстанавливаться, а мы будем жить во «времянках», но мы туда вернемся», — поделилась своими планами Валерия.

источники
https://asd.news/articles/dnr/spasennye-iz-soledara/